///

::: СИМВОЛ :::

Этот рисунок, подарила нам Antares, за что выражаем ей

!! Big respect !!

 

 

::: Ю – Питер :::

 

Неофициальный

сайт группы

 

 

«Без надежд, и без страха...»

 

На сцене ленинградского дворца молодежи стояли герои средневековой поэмы. Неподвижные, как почетный караул, люди в черных траурных одеждах — слишком изысканных, чтобы назвать их военными, и слишком строгих для артистов. Орденский крест блестел на груди командора — Вячеслава Бутусова. НАУТИЛУС-87 — не шоу, а архитектура, театр застывших форм, от первых слов "Разлуки": "Разлука ты, разлука, чужая сторона. Никто нас не разлучит, лишь мать сыра земля..." до рокочущих громом цепей в "Скованных..." Бутусов управлял эмоциями зала, как мастер, не нуждающийся во внешних эффектах, ужимках и прыжках, — интонацией, взглядом, паузой.

В марте 1987 года столица русского рока за какие-то полтора часа капитулировала перед никому не известными пришельцами с Урала.

А началось все еще на пять лет раньше — с самодеятельных музыкальных опытов двух молодых, точнее — будущих архитекторов Вячеслава Бутусова и Дмитрия Умецкого, которых взялся опекать один из самых изобретательных асов звукозаписи в мастеровитом городе Свердловске — Андрей Макаров.

 

В 83-м появился Илья Кормильцев: химик, переводчик с итальянского и поэт, уже завоевавший широкую известность в рок-подполье в качестве автора текстов группы УРФИН ДЖЮС. В 1985-м вышел в свет альбом "Невидимка" с будущей русской народной песней Гудбай, Америка". (Напомним современному читателю, что под "альбомом" имеется в виду катушка магнитофонной пленки, тайно передаваемая из рук в руки.)

И тем не менее до зимы 86/87 годов НАУТИЛУС ПОМПИЛИУС оставался "вещью в себе" — точь-в-точь как тот необщительный моллюск, обитатель океанских глубин, чье парадное имя позаимствовали свердловские музыканты. Прорыв — альбом 1986 года "Разлука" . Удивительно качественно записанный Макаровым на весьма примитивной аппаратуре, он активно распространялся по конспиративной сети "магнитоиздата" именно тогда, когда Михаил Сергеевич Горбачев начал либеральные реформы в России. (23.12.86 — возвращение Сахарова в Москву. В январском-87 номере "Юности" впервые опубликован неотредактированный список ведущих советских рок-музыкантов, в том числе подвергавшихся репрессиям.) Это было очень удачное совпадение. Группа Бутусова попала "в струю" — точнее, в мощную приливную волну, которая за считанные месяцы смела феодально-бюрократическую систему филармоний с их жизнерадостным комсомольско-молодежным репертуаром и вынесла вчерашних подпольщиков в самые престижные концертные залы. Триумфальный марш русского рока по России в 1987 году возглавили две команды - НАУТИЛУС и ДДТ, воплотившие принципиально различные модели рок-творчества. Модель Шевчука была куда более органична и для мировой рок-культуры, и для российской "почвенной" традиции. Долго объяснять не буду, поскольку речь не о ДДТ, а поклонники Шевчука и так поймут, что я имею в виду. Модель НАУТИЛУСА-87 -была невероятна и абсолютно непредсказуема из 1986 года.

 

Вячеслав Бутусов и его "черный отряд" (Дмитрий Умецкий — бас. Алексей Могилевский — саксофон, Альберт Потапкин — ударные, Алексей Хоменко и Виктор Комаров — клавишные) создали такое ювелирное совершенство, которое считалось в принципе недостижимым в условиях всеобщей "халявы" и непрофессионализма. Слова, аранжировки, сценические решения — всё вплоть до мельчайших деталей в одежде музыкантов было продумано, выверено и идеально соответствовало одно другому (а это другое — третьему) — как кладка древних инков, где в щель между камнями не войдет и бритвенное лезвие. Гости памятного всесоюзного фестиваля в Черноголовке наверняка запомнили, что вопреки всем фольклорно-подпольным рок-традициям свердловчане настраивались омерзительно долго — однако, когда они заиграли, возникло ощущение, что подмосковную аппаратуру тайно подменили на нью-йоркскую.

Творческий тандем "Бутусов-Кормильцев" — одна из тех загадок, которые Аполлон подбрасывает высоколобым аналитикам, чтобы показать, насколько искусство не укладывается в логические схемы. Голос Бутусова совершил чудо — вернул нашему року любовь после, как само это слово бесконечно втаптывалось в разноцветные помои копытами эстрадных козлопевцев. При этом "социальная" часть репер-тура была глубже, оригинальнее простите историку это слово применительно к искусству — науч-перестроечной "смелой публицистики" ровно настолько же, на сколько лирика была прекраснее и благороднее, чем в телепередаче "Песня-87". Жаль только, что толпа, вскакивавшая с мест, чтобы вдохно-но подпевать "Скованным одной цепью", так ничего и не поняла тол-ком в своей любимой песне. Сегодня многие из них так же восторженно подпевают Газманову. А "Скованные..." остаются такими же актуальными в 93-м году, как и в 87-м. Заменено только одно прилагательное. Теперь Бутусов поет: "За красным восходом — коричневый закат..."

Концерты НАУТИЛУСА в первый год перестройки вывели группу на первые места в хит-парадах — вопреки старательному игнорированию их творчества средствами массовой информации. И вопреки бредовой теории о том, что массы советского народа в принципе не способны воспринимать ничего умнее советской эстрады. Это, так сказать, позитивная реакция. Негативная реакция была двоякого рода. Коллеги-рокеры, смертельно завидуя профессионализму НАУ, объявили их творчество "эстрадным". Вспомнили даже, что Хоменко играл в ресторане. Как будто бы БИТЛЗ не играли в какой-то забегаловке. С другой стороны настоящая сов-эстрада (которая представляет собой вовсе не музыкальный стиль, а социально-экономическую структуру) приложила все усилия, чтобы вывести из игры наиболее сильные рок-группы. Как? Старым испытанным способом. Перекупить, подманив к своей "престижной кормушке". На Бутусова, Шевчука, Гребенщикова, Кинчева и Цоя посыпались самые лестные | предложения. Увеличивалось число нулей в предлагаемых суммах. К сожалению, НАУТИЛУСАМ не хватило и отчасти, может быть, жизненного опыта, чтобы этому противостоять "Здесь первые на последних похожи." Хотя они как художники не могли не понимать, насколько патологично сочетание их имен с "Ласковым маем" в одной концертной афише, чего стоит новый вариант "Разлуки", записанный на самой престижной столичной студии, и как оскорбительна для рок-музыканта "премия ЦК ВЛКСМ" из рук Анатолия Иванова — гл. редактора того самого журнала "Молодая гвардия", где печаталась, пожалуй, самая злобная ахинея об "антинародной рок-музыке". Впрочем, вправе ли мы их осуждать, если тогда и академика Сахарова не смущало соседство с Т. Гдляном?

 

 

 

 

 

 

 

Это — темный период в истории НАУТИЛУСА. К счастью, процесс погружения в болото пошел не быстро и не гладко. Сама природа искусства сопротивлялась использованию его не по назначению. Отсюда апатия на сцене, творческая стагнация и непрекращающиеся с 88-го года перетасовки состава. Чувствуя, что "в игре наверняка что-то не так", каждый искал виновника в соседе по сцене. Из скучной истории развала первого состава группы я выделил бы эпизод с уходом Умецкого, поскольку он окутан облаком лжи или, в лучшем случае, умолчаний. Суть же его в следующем: после того как Кормильцев публично в резких выражениях отказался от вышеупомянутой премии, Дима Умецкий не только премию взял, но еще и дал интервью в "Комсомолке" Юрию Фи-линову (автору знаменитой погромной статьи "Барбаросса рок-н-ролла"), где решительно осудил товарища по группе за брезгливость ("Наутилус в буре страстей" — "Комсомольская правда", 21.12.89). Именно после этого Умецкий и покинул группу.

 

Восстановление разрушенного НАУТИЛУСА началось в 1990 году в Ленинграде (в стороне от престижных столичных тусовок) на основе все того же тандема: музыка и вокал Бутусова — тексты Кормильцева. Но батарею клавишных заменил гитарный дивизион в составе Егора Белкина (еx-УРФИН ДЖЮС, НАУ-88), Александра Беляева из питерского ТЕЛЕВИЗОРА, Игоря Копылова (бас, еx-ПЕТЛЯ НЕСТЕРОВА) и самого Славы. На ударных — тот же Альберт Потапкин. Эту музыкальную мощь несколько разбавляет флейта Олега Сакмарова (параллельно выступающего с АКВАРИУМОМ и ВЫХОДОМ).

 

Первую же программу "нео"-НАУ, показанную под Новый, 1991 год, автор этих строк определил тогда как "готические баллады нового средневековья" — мир Толкиена без уютной Хоббитании. Не отказываюсь от этих слов и сегодня, после появления альбома "Чужая земля" (1992).

Песни НАУТИЛУСА нового десятилетия построены на древних символах, заимствованных из мрачных преданий. Проклятие Агасфера звучит в "Джульетте" ("Пусть никто не полюбит его! Пусть он никогда не умрет!). "Морской змей, обвивающий землю" обнаруживается в скандинавской мифологии — это чудовищный антагонист и убийца богов. Реальные бытовые приметы времени, которых , теперь исчезающе мало (исключение — разве что криминальная притча "Эти реки текут в никуда") заменяет причудливая магия цветов и чисел. Надо признать, что результат получается еще менее оптимистичным, чем знаменитый " Ален Делон" (хит 87-го года), хотя уже тогда НАУ называли самой безысходной из наших рок-групп.

 

"Мы сойдемся ,на месте,

где был его дом.

Где трава высока

над черным углем.

И мы зароем нашу радость

в этой золе,

Там, где умер последний

человек на земле".

 

Ваш покорный слуга тоже настроен невесело, и давно уже перестал ходить на рок-концерты, делая исключение для очень немногих групп, которым по-прежнему есть что сказать. В их числе, несомненно, НАУТИЛУС. И тем, кому скрипучие колеса "Муз-обозов" еще не отдавили способности воспринимать нормальное музыкальное искусство, я советую не пропускать бутусовских концертов.

Естественно, новых песен Бутусова вы не встретите в хит-парадах, которые составляются согласно внесенным суммам — так же, как десять лет назад составлялись по рекомендации горкома.

Но даже если бы хит-парады были честными, боюсь, что и тогда НАУ не вернулся бы на призовые места. Поскольку пишу я не рекламную статью, попробую оставаться честным. Мне кажется, что сами НАУТИЛУСЫ на рубеже десятилетий поверили в небескорыстную сплетню об "эстрадности" их творчества — и теперь изо всех сил доказывают обратное — что они истинные рокеры. Отсюда та музыкальная мощь, в которой теряется главное достоинство Бутусова-вокалиста — ювелирная игра интонаций. Строгий и выверенный сценический имидж, видимо, тоже показался кому-то "эстрадным".

 

Но "вольный стиль" на сцене категорически противопоказан НАУТИЛУСУ, а уж новой программе — в особенности. НАУТИЛУС-92 стал, к сожалению, гораздо ближе к ДДТ. "К сожалению" не потому, что ДДТ — это плохо, а потому что эстетика НАУ другая. Не более или менее "роковая" (эти градации вообще не имеют смысла: Высоцкий и Башлачёв были великими рокерами с обычными акустическими гитарами, а Титомир хоть искривляется весь в супер-модных ритмах — останется советской эстрадой),— а просто другая, своя. Кстати, и Кормильцев, видимо, решил, что понятные тексты отдают эстрадой.

 

И теперь смысл песен порою трудно понять даже тем, кто в состоянии расшифровать мифологическую символику. Что уж говорить о гражданах без университетского образования! Очень жалко песни "Прогулки по воде". Идея просто гениальная, достойная Дж. Р. Р. Тол-киена, музыка очень выразительная, но припев, который должен быть отточенным, как лезвие волшебного меча, и афористичным, как лучшие строки в ''Скованных", получился каким-то рыхлым.

Надеюсь, тезка простит мне эту критику: ведь общий восторг в критических статьях дает именно те результаты, которые наши рок-музыканты поимели в 89-м, да и анализировать всерьез можно только то, что уважаешь. Я уважаю прошлое НАУТИЛУСА и верю в его достойное будущее (постольку, поскольку у всех нас вообще есть какое-то будущее). А славной столице Урала благодарен за то, что она подарила России не только Ельцина с Бурбулисом.

 

Илья Смирнов